Баскетбольный роман Владимира Тамбова "Женщина для профессионала"

Новости команды

11.01.2022

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.


Глава 17
ДОПРОС С ПРИСТРАСТИЕМ

Помимо тренировочного процесса на Калитвинцеве лежали и все организационные вопросы. Забот хватало. Только благополучно решился вопрос с тренером по физподготовке, как возникла новая проблема. Первые игры в Высшей лиге Калитвинцеву предстояло играть в Москве с лидерами, обеими столичными командами. Вячеслав знал, что Гордиевский проявляет интерес к Тищенко. Но пока он довольствовался лишь слухами о молодом таланте. А как увидит его в игре?! Лишиться Тищенко, значит похоронить все надежды не только на более-менее удачное выступление в высшем дивизионе, тут как бы вообще место в «вышке» не потерять.
Калитвинцев вновь обратился за помощью. Только на этот раз он поехал не в спорткомитет, и не потому, что своей надоедливостью действовал на председателя подобно красной тряпки на быка. Он понимал, если поддержка придет, то только с другой стороны. Калитвинцев поехал в горисполком.
-    Вы записаны на прием? – спросил дежурный офицер.
-    Нет, но я по срочному делу. Позвоните Сакену Абаевичу, скажите, его срочно просит принять Калитвинцев.
Через пять минут он получил пропуск.
-    Рад тебя видеть, Вячеслав Иванович, как с Америки вернулись, ни разу ко мне не заглянул. Игнорируешь?
-    Да, что вы, Сакен Абаевич. Не хотел попусту тревожить занятого человека. А сейчас вот за помощью пришел.
Калитвинцев изложил суть дела.
-    Конечно, по закону в армию, то бишь, в «Красное знамя» его забрать не могут. Он студент, учится в институте, в котором есть военная кафедра. Но вы же знаете, закон при желании можно обойти. Если бы мы были в разных спортобществах, я бы не волновался. А тут могут надавить по линии Министерства обороны. Я не говорю, что вопрос о переводе Тищенко встанет завтра же. Возможно, Гордиевский поднимет его по окончании сезона, но мы должны быть готовы к такому повороту дел. А то, что он захочет перевести Тищенко в Москву, я нисколько не сомневаюсь. Потеряли Метелкина, с Тищенко такого допустить нельзя.
-    Правильно сделал, что пришел сразу ко мне, – городской глава встал из-за стола и начал нервно ходить взад-вперед по кабинету. С недавних пор он считал себя причастным к судьбе молодого баскетболиста. – Ты прошлогодний сериал «Место встречи изменить нельзя» смотрел? Скажу словами Глеба Жеглова, дырку от бублика получит твой Гордиевский, а не Шарапова, тьфу ты, Тищенко. Сегодня у нас совещание у Первого, подниму этот вопрос. Хватит нас обкрадывать. Думаю, член Политбюро сумеет сделать так, как нужно нашей республике.
-    Что, так высоко подниматься придется? – удивился Калитвинцев.
-    А ты как думал.
-    Как мне вести себя с Гордиевским, если зайдет разговор о переводе Тищенко в Москву? – спросил Калитвинцев.
-    Иваныч, ты столько лет на Востоке живешь. Примени восточную хитрость. Я так полагаю, в контры тебе со старшим тренером сборной вступать не резон. Соглашайся со всем, что он предложит. На переход Тищенко в московскую команду соглашайся. А остальное наше дело. Еще просьбы есть, вопросы? Тогда извини, сегодня на тебя больше времени нет. А так заскакивай, только созвонись предварительно, а не так, как сегодня.
-    Извините, Сакен Абаевич.
-    Чего извините, сказал же, правильно сделал, что пришел. Ну, до встречи.
Когда Виктор вернулся со сбора в Москву, перед самым началом чемпионата Лиза в очередной раз пригласила его в гости.
-    Знаешь, Лиза, я ведь с тобой дружу, а не с твоими родителями. О чем я с ними разговаривать буду. И потом, я же тебе говорил, я парень из простой семьи, и в компании с твоим высокопоставленным папой буду чувствовать себя неловко.
-    Никакой он не высокопоставленный, он тоже из простой семьи. Того положения, в каком он сейчас, добился исключительно своим трудом и талантом. Это как-то непорядочно с твоей стороны, я тебя уже несколько раз приглашала. Получается, не мой отец, а ты выше его стоишь, раз нашу семью игнорируешь.
-    Ну, хорошо, – нехотя согласился Виктор.
В «Праге» он купил самый красивый и дорогой торт, в цветочном магазине – два букета цветов – Лизе и ее матери, надел свой единственный выходной костюм и отправился в гости.
-    Так, вот ты какой, Виктор Метелкин, – Павел Петрович протянул Виктору руку. – Таким я тебя и представлял – высокий, статный. От девчонок, наверное, отбоя нет.
-    Я вас тоже таким представлял, – вставил Виктор.
-    Каким? – удивленно спросил хозяин.
-    Волевым, импозантным, с легкой проседью в волосах, такими директоров заводов в наших фильмах про производство показывают.
-    А ты, я смотрю, за словом в карман не лезешь. Ну, что ж, хорошо, что мы друг в друге не ошиблись. По крайней мере, во внешнем представлении. Проходи, садись за стол. Тут Лиза с матерью у плиты все утро проторчали. Домработницы у нас нет, так что, никакой я не буржуй, все делаем своими руками.
Сели за стол.
-    Выпьешь что-нибудь? – спросил Павел Петрович.
-    Спасибо, нет. Нам нельзя, особенно сейчас, когда чемпионат начинается.
-    Что, и шампанское не будешь?
-    И шампанское не буду.
-    Ну, тогда и мы не будем, – вздохнул хозяин.
-    Если так стоит вопрос, налейте бокал, – сказал Виктор. – Не хочу стать причиной чьих-либо неудобств.
-    А вот это правильно, – одобрил Павел Петрович. – Расспрашивать о твоей жизни не будем, Лиза нам о своем Викторе все уши прожужжала. Одно непонятно, вы второй год, как вместе, а к нам в гости ты первый раз приходишь. Стесняешься или боишься чего?
Виктор промолчал.
-    Тут знаешь,- продолжал Павел Петрович, – твой друг Валерий, Миловидов его фамилия кажется, когда мы в Ялте в ресторане сидели, анекдот рассказал. Отправил муж жену с сыном на отдых в Крым. Возвращаются, он сына спрашивает, ну, как там в Крыму. Здорово, сын отвечает, даже с Героем Советского Союза познакомились. Только он трусом оказался. Один спать боялся, все с мамкой, да с мамкой. Ты не из таких трусов? Надеюсь, ничего, что опорочило бы честь моей дочери, не допустишь.
-    Папа, как ты можешь, – крикнула покрасневшая, как рак, Лиза, порываясь встать из-за стола. – Правильно Витя делал, что не хотел к нам идти.
Метелкин оставался абсолютно спокойным. – Ничего из того, чего вы боитесь, я не допущу. Мы с Лизой просто друзья.
-    Ладно,- примирительным тоном сказал Павел Петрович. – Похоже, я действительно перегнул палку. Но и ты нас с матерью пойми, Виктор, мы не можем не беспокоиться о нашей дочери. Воспитывалась она в строгости, но сейчас пошло такое время, что все возможно. Не допущу, чтобы кто-либо поломал ей жизнь.
-    Ваши тревоги вполне уместны, – опять спокойным голосом согласился Виктор, – если бы у меня была дочь, я бы так же за нее волновался.
-    Витя, вы рассудительны не по годам, – вступила в разговор, молчавшая до сих пор, мать Лизы. – Павел, я думаю, Лиза сделала достойный выбор.
-    Какой выбор? – Лиза снова сорвалась на крик, – он, что сюда свататься пришел. Он ко мне в гости пришел, а вы тут устроили допрос с пристрастием.
-    Спокойно, – Павел Петрович рукой показал на стол, – есть мы сегодня будем или нет. Пора уже к первому переходить, а тут еще закуски не тронуты. Кстати, Виктор, рекомендую, вот этот салат делала Лиза, и заливное тоже ее работа. Предлагаю выпить за знакомство, – поднял он бокал с шампанским.
Покончив с обедом, расположились в соседней комнате.
-    Ну, и как будущий историк оценивает изменения, происходящие в нашей стране? – удобно расположившись в кресле, спросил Павел Петрович.
-    Если честно, мало об этом задумывался. Мысли заняты тренировками и учебой.
-    А Лизой? – улыбаясь, спросил Павел Петрович.
-    Папа, – возмутилась Лиза, – еще один такой прикол, и мы с Витей уходим.
-    Павел Петрович сделал успокаивающий жест рукой. – Ну, а как то, что стало больше вседозволенности, вся эта болтовня по телевизору, эротические фильмы в кинотеатрах? «Греческую смоковницу» вы с Лизой уже успели посмотреть?
За Виктора ответила Лиза. – Еще нет, но ты подал хорошую идею, – сказала она вызывающе. – Вот, как только чай с Витиным тортом попьем, так и свалим в кино на эротику.
-    Лиза, – осуждающе покачала головой Алла Федоровна, – что за жаргон, что за вульгарность. Почему ты хочешь показаться хуже, чем ты есть.
-    Потому, что вы меня достали, – резко ответила девушка.
-    Кооперативы это неплохо, – словно пропустив реплику дочери между ушей, продолжил Павел Петрович. – Только большинство из них занято не производством, а действует по принципу «купи – продай». Подпольные цеховики, те хоть шитьем одежды и обуви занимались.
-    А вы коммунист идейный, только честно ответьте, – обратился к Павлу Петровичу Виктор.
-    Вот это вопрос! Будь я шибко идейный, делал бы карьеру по партийной линии. Я же пошел на завод. Ты просил честно, отвечу. Что-то в нашей идеологии устарело, но принцип равенства, забота о человеке труда, отсутствие безработицы, бесплатные медицина и образование, то, что мы за короткое время из отсталой страны превратились в одну из двух мировых держав, говорит о верности выбранного нами социалистического пути развития.
-    Вы прямо как на партсобрании, Павел Петрович. Где равенство? Вы свою жену с дочерью каждый год на курорт по путевке отправляете, а моей матери почему-то такая путевка не достается. Наверное, потому, что вы директор завода, а она рядовой экономист.
-    Давай так, Витя, – спокойно сказал Павел Петрович. – То, что рядовые работники не получают путевок в санатории и дома отдыха, это неправда. Ты сам это хорошо знаешь. Конечно, всем желающим путевок недостает. Да, у нас в стране все равны, но, согласись, вклад каждого работающего далеко не одинаков. Ты сам сказал, твоя мать рядовой экономист. А я директор большого завода. За что отвечает твоя мать? За узкий участок своей работы. А я в ответе за крупное производство, очень важное производство. В моем подчинении несколько тысяч людей, на мне ответственность за бесперебойную работу завода, за выполнение плана, да, много еще за что. Теперь ответь мне, почему мы должны получать одинаковую зарплату, пользоваться одинаковыми благами? Где же тут принцип справедливости. Молчишь. Конечно, у нас еще есть чиновники, которые незаслуженно пользуются привилегиями. От этих недостатков нужно избавляться.
-    Война давно закончилась, – сказал Виктор, – а мы до сих пор не можем обеспечить страну продуктами, товарами. Почему одни регионы живут припеваючи, а в других не хватает самых элементарных вещей и продуктов.
-    Нас втянули в гонку вооружений, много средств уходит на оборонные проекты. Нужна тебе завтра будет колбаса, если сегодня на тебя сбросят атомную бомбу.
-    Папа, кончайте говорить про политику, мне эти дебаты в институте надоели, – Лиза поднялась с дивана. – Вы идите в гостиную, а мы с мамой чай, кофе приготовим. Торт порежем. А потом на эротику, – мечтательно закрыв глаза, томно произнесла Лиза.
-    Лиза, не доводи меня, – улыбаясь, погрозил ей пальцем отец.
-    А ты чего в историки подался? – спросил Павел Петрович, когда они вернулись в гостиную, – не хлебное это дело. Впрочем, никаким ты историком не будешь, так и пойдешь по жизни по спортивной линии. А спорт, зрелища всегда в фаворе будут, что бы в стране ни творилось. Так что, голодать тебе не придется. Ты не обижайся на сегодняшние разговоры. Я человек прямой, говорю, что думаю. Жесткий, согласен. Жизнь, работа таким сделали. С дочкой, женой я другой. Мягкий. Не выдержали бы они меня с диктаторскими замашками. Видел, как Лизка взбеленилась сегодня, не знала она меня такого. Вечером, чувствую, как у нас на заводе говорят, будет еще тот разбор полетов.
Их разговор прервали вернувшиеся в гостиную Алла Федоровна и Лиза.
-    Классный торт, Витя, – похвалила Лиза. – Хотя я и фигуру берегу, съем сегодня два куска.
-    Чего несешь, какую фигуру, – Павел Петрович оценивающе посмотрел на дочь, – тощая, кожа да кости. Твой дед говорил, баба без живота, что кобыла без хвоста.
-    А сейчас не живот в моде, а то, что повыше, – показала язык Лиза. – И еще, что пониже спины.
-    Тебя в институте этому учат или подруги в подворотне? Похоже, мы с матерью тебе слишком много свободы дали, как в институт поступила. Можем и ограничить. Я серьезно, Лиза.
-    Давайте, оставим разборки на вечер, когда с прогулки вернусь. Мне есть, что сказать тебе, папочка, по поводу моральных принципов.
-    Ну, что я тебе говорил, – повернулся Павел Петрович к Виктору.
-    Все, предки, пока, – демонстративно облизав ложку, сказала Лиза. – Мы уходим. Не волнуйтесь, если вернусь поздно. Виктор меня проводит. Были рады с вами познакомиться, – помахала она рукой.
-    Ненавижу, – чуть не прорычала Лиза, когда они вышли из дома. – Все морали учит, а сам… - Погуливает? – спросил Виктор.
Лиза помолчала, потом спросила:
-    Почему так решил, или знаешь что?
-    Что я про твоего отца знать могу, сама такой намек дала.
-    Ничего я не давала. Теперь ты к нам, наверное, ни ногой после такого обеда? – спросила Лиза.
-    Не бери в голову, все нормально. Это тебе кажется, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Нормальная забота родителей о ставшей взрослой дочери.
-    Вить, ты действительно как старик рассуждаешь. Холодно оценил ситуацию и сделал вывод. Так в одном случае поступают, это когда тебе все происходящее безразлично. Пойдем куда-нибудь, взрослая девочка хочет напиться.
-    Давай, пошли, напейся. Только, как я твоим родителям потом в глаза смотреть буду. Они меня на порог не пустят, и будут правы.
Лиза подумала, потом ответила:
-    Согласна. Но мне так плохо, своди меня куда-нибудь. А что, правда, пошли эротику смотреть.
Прощались, когда время приближалось к полуночи. Как-то особенно страстно Лиза целовалась с Виктором.
-    Тебе вредно смотреть эротические фильмы, – пошутил Виктор.
Лиза как-то сразу обмякла.
-    Ты меня совсем не любишь, и не полюбишь никогда.
Виктор взял в ладони ее лицо, посмотрел в глаза полные слез.
-    Сегодня у тебя был необычный день, эмоции зашкаливают. Сейчас девочка придет домой, умоется и ляжет в кроватку. Проснется и все плохое забудется.
-    Ты мне не ответил, – Лиза вырвалась из рук Виктора и убежала домой.
Вернувшись в общежитие, Виктор неожиданно застал там Гордиевского.
-    Вот жду, хочу знать, когда же гуляка в общежитие возвращается. Ты на часы смотрел? Пил?
-    Что вы, Сан Саныч. У моей девушки проблемы дома, извините, так получилось. Больше не повторится.
-    Я для чего вам выходные даю, когда можно гулять до полуночи. Мало? Не хватает? Больше не повторится. Повторится, поедешь в Хабаровск за команду погранвойск играть. Жалею я вас, прощаю. Вон, Саврасов четверых уже на Дальний Восток отправил. Незаменимых нет. Поживешь с годик среди сибирского гнуса, может, мозги на место встанут. Завтра в 6.00 кросс десять километров на время, не уложишься, вечером побежишь снова. Потом двести бросков и сто штрафных. Все под контролем. К десяти должен управиться. Помнишь, наверное, тренировка у нас в десять.
-    Понял, Сан Саныч.
«За все плохое приходит расплата, – философски заметил Виктор, ложась в постель. – Лизу обидел, вот и получил наказание. Пойду завтра мириться».

Глава 18
ИСКУШЕНИЕ ЕВОЙ

В начале октября начался новый учебный год. Студенты встречались после каникул и производственной практики.
-    Полина, привет, – Лиза расцеловалась со своей лучшей подругой, с которой не виделась со времени последней сессии. – Рассказывай, как дела, где отдыхала?
-    Юг надоел, ездили в Юрмалу. Море, конечно, не Черное, но во всем остальном Кавказу и Крыму Рига даст фору. Какие там клубы, бары, рестораны! Девицы на сцене танцуют полуголые, представляешь. Как в «Мулен Руж» в Париже, хотя я там и не была. А ты?
-    Мы традиционно в Крыму отдыхали, на этот раз всей семьей. Отцу отпуск в августе дали. А как практика? В колхоз ездила?
-    Я похожа на ненормальную? Взяла справку, отсидела месяц в вузовской библиотеке.
-    Я тоже картошку не собирала. Мать оформила фиктивно в домоуправление, якобы там секретарша в декрет ушла, и потребовалась срочная замена. В деканате не сразу, но разрешение дали.
-    А как у тебя с Виктором, – давай, рассказывай, – с интересом попросила Полина.
-    Не знаю, подруга, как. Отношения вроде бы нормальные. Вот, те бусы, что на мне, он из Прибалтики привез. Вернулся из США, косметикой завалил. Но, представляешь, холодный он какой-то, ни разу в любви мне не признался, хотя я его к этому не раз подводила.
-    Это нормально, – успокоила ее Полина, – мужики другие. Это мы, ах, ох, люблю до гроба. Они сдержаннее в проявлении чувств, некоторые, по крайней мере. А как в этом плане, ну, ты понимаешь, о чем я.
-    Ничего не было, только целовались.
-    И что, с его стороны даже поползновений не было?
-    Не было.
-    А вот это странно. Тут одно из трех: либо он зануда – моралист, или отца твоего боится, или не любит.
-    Скорее всего, третье, – вздохнула Лиза.
-    Не делай преждевременных выводов, Лизавета. Любит – не любит, это легко проверить.
-    Как?
-    А вот как. В моем подъезде живет Ева Ковалевская, она у нас на четвертом курсе на факультете международной журналистики учится. Девка отпад. Ноги от ушей, грудь третьего размера, глаза, не глаза – глазищи. Ни один мужик мимо такой не пройдет. По натуре авантюристка. Любит всякие розыгрыши, мужиков до белого каления доводить любит. Влюбит в себя, а потом в сторону, а те бедные страдают. Сделаем так. Я будто бы попрошу проверить на верность своего парня. Она под видом интервью с Виктором познакомится. Он же спортсмен известный, все будет выглядеть правдоподобно. Будет его очаровывать. Поддастся – гони его прочь. Значит, не любит он тебя. А не поддастся, второй вариант – тебя любит. Если даже Виктор узнает, что все подстроено, вдруг Ева проболтается, ты не причем. Не ведала ни слухом, ни духом. Плакалась мне в жилетку, вот я и решила проверку устроить, ничего тебе не говоря. Как тебе такой вариант?
Лиза замялась, не знала, что ответить.
-    А если она его и вправду уведет, сама же говорила, ноги от ушей, грудь третьего размера.
-    Лизка, тебе гулящий мужик нужен? Не нужен. С глаз долой, из сердца вон.
-    Тебе легко так говорить, ты ведь не любила.
-    Я-то не любила, – возразила Полина, – любила и не раз. Ну, давай, согласна или нет?
Лиза в знак согласия кивнула головой.
До игры с командой Калитвинцева оставалось два дня. Виктор после утренней тренировки остался в зале, чтобы позаниматься самостоятельно. Он решил потренировать броски, Метелкин был недоволен процентом их реализации в контрольных предсезонных играх.
-    Метелкин, там тебя какая-то девушка спрашивает, – крикнул вошедший в зал вахтер.
-    Скажи, сейчас выйду.
Виктор быстро надел тренировочный костюм, вышел к проходной. Незнакомая девушка в мини-юбке, туфлях на высоченных каблуках, белой блузке с «ненароком» расстегнутой пуговицей, увидев Виктора, мило улыбнулась. Плащ она держала в руках, тем самым, как бы подчеркивая, ее вход в спорткомплекс дело решенное, нужна лишь формальность в виде появившегося Метелкина.
-    Здравствуйте, Виктор. Меня зовут Ева Ковалевская, я корреспондент нового журнала «Мировая экономика». Редакция поручила взять у вас интервью.
-    Какое отношение я имею к мировой экономике? – удивился Метелкин.
-    В нашем журнале есть отдел спорта. Спортом сейчас все интересуются, и предприниматели не в последнюю очередь. Вы, что, так и будете держать меня на проходной.
-    Нет, конечно. Проходите. Только беседовать нам придется в фойе, в зале после тренировок свет выключают. А тут нам никто не помешает. Подождете меня минут десять, я после тренировки, приму душ, а потом в вашем распоряжении.
Виктор вернулся, и они расположились в креслах друг против друга.
-    Извините, другого места предложить не могу. У нас недавно пресс-бар открылся, как раз для таких мероприятий, но он сейчас закрыт, время раннее.
-    Ничего страшного, – сказала Ева, – место меня устраивает. Перед началом нашей работы небольшое вступление. Корреспондент я пока внештатный, вузовский диплом еще не получила. Почему меня направили к вам? – сделав ударение на слове «меня», спросила как бы саму себя Ева. – Я кандидат в мастера спорта по стрельбе из лука, так что спорт мне знаком. И еще одно, мы ровесники, давай сразу перейдем на «ты». Так будет проще и тебе, и мне. Сейчас в стране появилось много новых газет и журналов, каждое издание, как может, борется за читателя. Поэтому не удивляйся, если вопросы будут не совсем обычными. Как только материал будет готов, я принесу его тебе прочитать. То, что тебе не понравится, в журнал не пойдет. Согласен на такие условия?
-    Хорошо, – ответил Виктор, – очень надеюсь, что такая очаровательная журналистка меня не подведет, и мне не придется оправдываться перед тренером и партнерами, доказывать, что напечатанные в журнале фразы мне не принадлежат.
-    Начнем, – предложила Ева, доставая из сумочки блокнот и авторучку. – Сколько раз ты давал интервью?
-    Всего два. Одно в Париже и одно в Москве.
-    Ничего, – успокоила Ева, – скоро будешь делать это часто. Гегемония «Советского спорта» закончилась. Газет становится все больше, и в каждой часть полосы отводят спортивным новостям, интервью, аналитике. Первый вопрос, почему баскетбол?
-    Дело случая. Так получилось, что в одном маленьком уральском городе встретились два человека, которые при иных обстоятельствах никак в этот город переехать не должны были. Один был тренером, другой стал его учеником. Запиши обязательно, имя моего первого тренера Вячеслав Калитвинцев. А через два дня я выйду играть против команды, которую он сейчас тренирует.
-    Класс, – воскликнула Ева, – вот информация, которую так ценят журналисты. На игру пригласишь?
-    Без проблем.
-    А если не баскетбол? Чем бы стал или мог заниматься?
-    Стрельбой из лука, чтобы тренироваться вместе с тобой.
-    Ты находчив. А если серьезно?
-    Не знаю, – пожал плечами Виктор. – Как-то вне баскетбола я себя не представляю.
-    У тебя прозвище Цербер. Чем же ты не угодил товарищам, что тебя так прозвали? Ведь Цербер по греческой мифологии трехглавый пес, у которого из пастей течет ядовитая смесь, и он стережет выход из царства мертвых.
Виктор рассмеялся.
-    Так меня вначале в институте прозвали, потому что цепко и надежно играл в защите. На первом курсе это было. Мои однокурсники поверхностно знали тогда, кто такой Цербер. Поэтому такое прозвище в их устах, скорее, как похвала звучало. Ну, а потом и в нашей команде оно закрепилось. В спорте принято называть друг друга прозвищами. Чаще они производные от фамилий, но бывают и исключения.
-    А ты знаешь, что в итоге Цербер был побежден Гераклом с помощью Гермеса и Афины?
-    Не знал. Откуда такая информация, в наших учебниках по мифологии об этом не говорится.
-    Просто я ответственно подошла к интервью с тобой. А сведения из дореволюционного издания, которое хранится в нашей семье. Гермес – бог торговли и прибыли, а Афина – богиня воительница, появляется в сопровождении крылатой богини Ники. И еще, греки отмечали ее удивительные большие глаза. Так что, Виктор, раз прозвали тебя Цербером, остерегайся Гермеса и Афины.
-    То, что ты сейчас рассказала, исключительно интересно. Ничего этого я не знал, но всегда интуитивно избегал рискованных финансовых сделок и красивых воинственных женщин.
-    Добавь, с большими глазами и кандидатов в мастера по стрельбе из лука, – в свою очередь рассмеялась Ева. – А как же богиня Ника, которая всегда сопровождает Афину? Чего же добьется спортсмен, если рядом не будет богини Победы? По поводу внешнего вида Цербера не переживай. Греки также изображали его с человеческим телом атлета, а вот голова, извини, оставалась собачьей. Но ведь и собаки бывают симпатичными. Ладно, отвлеклись. Следующий вопрос. Почему ты выбрал профессию историка?
Вопросы сыпались один за другим. Как относишься к экономическим преобразованиям, происходящим в стране? Что больше всего поразило в США? Каким представляешь свое будущее, когда закончишь играть в баскетбол?
Виктор посмотрел на часы. – Я тут не на статью, на книгу наговорил.
-    Такова специфика интервью. Буду обрабатывать материал, что-то не войдет, а могут возникнуть дополнительные вопросы. Я тебя еще про личную жизнь не спрашивала. Раньше не принято было про нее писать, а сейчас даже совсем наоборот.
-    Ева, – умоляюще посмотрел на нее Виктор, – у меня режим, не могу столько времени уделить тебе, извини, пожалуйста.
-    Хорошо, – согласилась Ева, – за два дня попытаюсь подготовить ту часть интервью, что мы с тобой сегодня наработали. После игры почитаешь, там и договоримся о следующей встрече.
Калитвинцев понимал, шансов обыграть «Красное знамя» у него нет никаких. Поэтому сюрпризы приберег для игры с «Олимпией». Жанна встретила его с радостью, но в этот раз как-то обыденно. И все же месячная разлука давала о себе знать. Использовали каждую свободную минуту, чтобы быть вместе.
Жанна обещала приехать на обе игры Калитвинцева.
Против «Красного знамени» среднеазиатская команда усердно защищалась, но нападала робко, стремясь разыграть мяч до верного. Но, что сделаешь против превосходящего в классе соперника. Столичная команда победила с приличным разрывом в очках. Смотревший игру старший тренер «Олимпии» остался доволен, и у его команды проблем с новичком Высшей лиги быть не должно. Получилось, однако, иначе. В начала игры гости оглушили неистовым темпом, сменой прессинговых форм защиты. При первой возможности команда Калитвинцева устремлялась в быстрый прорыв. Калитвинцев применил новые комбинации позиционного нападения, которые против «Красного знамени» не использовал. В атаке солировал Тищенко. Итог – сенсационная победа дебютанта. После завершения матча к Калитвинцеву подошел Гордиевский-старший.
-    Поздравляю, отделал Кирилла как Бог черепаху. Хотя радоваться поражению брата, конечно, не могу. Наука будет, соперника недооценивать нельзя. Ты молодец, американскую методику в тренировках применяешь, много новшеств ввел. За границей наши больше о шмотках думают, а ты не по супермаркетам, по книжным магазинам бегал.
-    Откуда знаете? – удивленно спросил Калитвинцев.
-    Сорока на хвосте принесла. Есть к тебе предложение. В сборной смена поколений, ветераны уходят, на их место приходит во многом необстрелянная молодежь. Волна схлынула, волна наступает, опытных игроков мало. А летом у нас чемпионат мира. С составом во многом приходится рисковать, а что делать. Мало сборников среднего игрового возраста, тех, кто и должен составлять костяк команды. На тренерском мостике тоже нужны перемены, свежие мысли, новые идеи. Ветеранов ты хорошо знаешь, почти со всеми играл на площадке. А молодняк через тебя прошел, не в Германии, так в США. Предлагаю тебе должность второго тренера национальной сборной. Будешь связующим звеном между молодыми и ветеранами. Согласен?
-    Это так неожиданно, – начал Калитвинцев. Потом через паузу продолжил. – От таких предложений не отказываются.
-    Вот и договорились. Буду вызывать тебя в Москву. Сейчас занимаюсь планом подготовки сборной к чемпионату мира. Когда он будет готов, получишь свой фронт работы. Как ты понял, простой исполнитель мне не нужен, жду предложений, идей. Но и не забывай, кто в сборной главный. Никакой отсебятины не потерплю. Любые мелочи согласовывать со мной.
-    А как иначе, – подтвердил Калитвинцев.
-    И ни слова о Тищенко, – подумал Вячеслав, когда Гордиевский отошел в сторону.
-    Вас к телефону, – обратился к нему администратор «Олимпии».
-    Вячеслав Иванович, ты герой, отделал бронзового призера прошлогоднего чемпионата, да еще на его площадке, – услышал Калитвинцев радостный голос председателя республиканского спорткомитета.
-    Вы уже в курсе, – изумился Калитвинцев.
-    Радостные вести доходят до нас быстро. Видишь, как все хорошо начинается. А ты мне плакался, состав не тот, того нет, этого.
-    Я был совершенно объективен, Джамбул Чоканович, цену себе не набивал. Парни сыграли здорово, молодцы. Но это всего лишь одна игра. Сложно нам будет, ой, как непросто.
-    Опять ты прибедняешься. Перестань. Передай поздравления игрокам от меня, городского руководства. Давай, и дальше так держать. – Председатель повесил трубку.
-    Как тяжело, когда тебя не понимают, – вздохнул Калитвинцев. – Будем стараться, играть, а уж как получится… – Вспомнил, что впопыхах не сказал о своем назначении тренером сборной.
– Ничего, и без меня узнает.
Его уже ждала Жанна. Подошла, даже не подошла, подбежала, поцеловала в щеку. – Поздравляю.
-    У меня двойной праздник, Жанна. Гордиевский предложил мне должность второго тренера сборной СССР. Буду приезжать в Москву чаще. Это надо отметить. Подожди, проведу послематчевое собрание, и мы пойдем в тот ресторан, в какой ты захочешь.
После окончания игры «Красного знамени» против дебютанта чемпионата Метелкин устремил взгляд на трибуну, на которой обычно сидела Лиза. Лиза и Полина, увидев, что их заметили, радостно помахали руками. Виктор подал знак – спускайтесь. Но тут к нему из ложи прессы подошла Ева.
-    Я выполнила свое обещание. Ночь не спала, но сделала. Вот, читай. Когда продолжим? Слушай, у меня абонемент в ваш армейский бассейн. Давай, завтра в три. В это время, я знаю, у вас тренировок не бывает. Совместим приятное с полезным.
-    У нас завтра вообще выходной.
-    Тем лучше. Значит, до завтра. Пока.
С трибуны спустились Лиза и Полина. – Это что еще за кукла? – спросила Лиза.
-    Так, журналистка одна, об интервью договаривались.
-    Понравилась?
-    Понравилась. Вообще-то после победы принято вначале поздравлять, а уж потом расспрашивать.
-    Поздравляем, – хором произнесли девушки, одновременно поцеловав Виктора в обе щеки.
-    Виктор, – окликнул его Калитвинцев.
-    Девчонки, извините. Подождите в фойе, мне с тренером переговорить нужно.
-    Дядя Слава, как я рад вас видеть. – Метелкин пожал плечами, – извините, что так получилось, – показал он взглядом на табло.
-    Все нормально. Ты свое дело делал, я свое. Сейчас поговорить не удастся. Давай, договоримся о завтрашней встрече.
-    Ну, и как тебе Ева? – спросила Полина, когда они вышли в фойе.
-    Дура я, что с тобой связалась. Такая точно Витьку уведет.
-    Не дрейфь, подруга, – бодро ответила Полина, – все будет нормально. Еве он на фиг не нужен. А вот на стойкость к женским чарам мы его проверим.